СЕЙЧАС +3°С

«А я назло вам жить буду»: истории трех жительниц Казани, которые победили рак

У них у всех рак молочной железы

Все они приняли участие в проекте «Химия была, но мы расстались»

Все они приняли участие в проекте «Химия была, но мы расстались»

Поделиться

В Татарстане за 2021 год больше 16,7 тысячи человек заболели раком. Это почти на 16% больше, чем в 2020-м. Мы поговорили с тремя жительницами Казани, которые смогли победить рак и живут полноценной жизнью. Как с нами поделились наши собеседницы, услышав этот диагноз, многие онкобольные начинают замыкаться в себе и впадать в депрессию. Кто-то скрывает свою болезнь, боясь одиночества и непонимания со стороны окружающих, а кто-то полагает, что жизнь после этого никогда не будет прежней. Но на самом деле, как говорят наши героини, важно говорить о своем диагнозе и продолжать полноценную жизнь.

Алия Асхадуллина, Надежда Захарова и Оксана Шафиева даже не побоялись стать героинями фотопроекта «Химия была, но мы расстались». Его придумали как раз для помощи онкобольным женщинам. Чтобы поддержать их психологически и доказать обществу, что рак — это не приговор.

Публикуем истории трех жительниц Казани, которые победили рак.

Алия Асхадуллина, 32 года, организатор проекта в Казани

рак молочной железы

Поделиться

Я нащупала шишку в груди и в тот же день поехала на УЗИ. Всё произошло очень быстро. В течение месяца меня направили на операцию. Благо всё выявили на ранней стадии. В мае будет год, как я узнала о диагнозе. Мое лечение длилось месяцев семь. Я вылечилась два месяца назад.

Честно говоря, до того, как я столкнулась с диагнозом, наверное, я думала, как и большинство людей: если это онкология, то всё… Жизнь закончена… Но почему-то, когда я столкнулась сама, сразу же взяла себя в руки. Очень большую роль сыграла поддержка семьи, близких, друзей, соседей и вообще всех вокруг.

Очень важной частью стало то, что я не скрыла свой диагноз. Многие люди почему-то скрывают и остаются один на один со своей проблемой. Я просто в открытую сказала, что у меня онкология. И я ощутила такую волну поддержки, что не могла просто опустить руки. Соответственно, я боролась, вылечилась и живу дальше.

Поделиться

Есть такое клеймо на онкодиагнозе, мол, если ты заболел онкологией, то всё — ты умираешь. На самом деле это не так. Сейчас есть очень ранняя диагностика. Сейчас всё очень продвинулось вперед в плане лечения. Я, проходя лечение эти полгода, ни на секунду не прекращала свою жизнь. Периодически выходила на работу и делала всё то же самое, что и все люди.

Больше всего этот проект для того, чтобы люди узнали, что рак — это не приговор. Чтобы видели, что есть множество людей, которые вылечились и живут приличное время и в ремиссии. Жизнь продолжается. Для героинь этот проект рассчитан на психологическую помощь. Для женщин это тяжелее, чем для мужчин. Естественно, у них выпадают волосы, ресницы, брови и всё что можно. И мы, когда организовываем фотосессии, откликаются визажисты, фотографы и снимают женщин очень красивыми. И, соответственно, любой женщине приятно видеть себя на фотовыставке. Это психологическая часть именно для героинь. И пример этих женщин с фото — психологическая помощь для других людей.

На первую фотосессию я выискивала женщин в очередях в поликлиниках. И на химиотерапии, и на перевязках. Предлагала им поучаствовать. Тогда откликнулись шесть человек. И такая получилась мини-вечеринка.

Поделиться

Таких женщин в Казани очень много. Многие молчат и скрывают. Некоторые даже мужьям и родителям не говорят. Одна женщина даже легла на операцию и не сказала мужу, что у нее онкология. Через три дня попросила выписать ее и уехала домой.

Думаю, когда говоришь об этом, то получаешь поддержку. Мне помогали и финансово, и морально. Это тяжело, потому что ты остаешься без работы, ты постоянно на лечении. Я работала бухгалтером и сейчас работаю.

Надежда Захарова, 49 лет

рак молочной железы

Поделиться

Мое знакомство с онкологией началось задолго до моего рождения. Это было в 45-м году прошлого века. Как оказалось, это наследственная форма в нашей семье. Моя бабушка перенесла онкологию в 45 лет, и мама тоже в этом возрасте, и мне, собственно, было 45 лет. Я знала об этом, поэтому следила за своим здоровьем и к врачу обратилась вовремя.

Это был 2017 год. Весной первая операция была, а осенью вторая. Всё произошло за один раз. Химию мне в то время не проводили, но через два года появились метастазы, и мы решили провести химиотерапию, которую благополучно завершили. Сейчас прохожу обследования. У меня процесс стабилизировался, и пока, слава богу, новых направлений для лечения нет.

Бабушка ушла из жизни в 90 лет, маме сейчас 75. При всем позитиве и большой семейной истории холодок у меня, конечно, пробежал внутри. Морально я, наверное, никогда не готовилась. Стараюсь об этом не думать и живу обычной жизнью: семья, дети, работа, волонтерская служба и храм. Всё это занимает мое время. И уже вспоминаешь, только когда напоминание видишь в телефоне. Вот в эти моменты подсознательно начинаешь переживать, думать об этом.

Моя жизнь абсолютно не изменилась после диагноза. Я была генеральным директором одной крупнейшей строительной лаборатории в Татарстане. Но незадолго до того, как у меня нашли онкологическое заболевание, ушла работать в храм. Не знаю почему, но мне этого очень захотелось, видимо, так было нужно. Вообще я старалась всегда быть полезной для окружающих, не то чтобы в себе закрыться, уединиться. Абсолютно нет. Мне лучше, когда вокруг меня шум, гам, дети.

Поделиться

Тем, кто с этим столкнулся, я бы посоветовала прежде всего смотреть на свое внутреннее состояние. Для меня важно общение. Даже для очень замкнутых людей общение тоже очень важно. Не всегда можно у врача что-то спросить, а вот когда мы общаемся между собой, мы все-таки показываем людям тот путь, который мы прошли сами.

В Казани есть организация «Без бэрге». Они помогли очень многим онкобольным и их семьям. Там занимаются разными творческими направлениями. Я, кстати, туда попала, когда столкнусь с психологом перед химиотерапией. Я вела курсы по вязанию. На самом деле очень хорошее занятие — отвлекать свои мозги. Тем, кто не может общаться с другими или им очень тяжело это делать, вот им очень хорошо руки свои занимать моторикой. Можно вязать, вышивать, рисовать. Этот процесс расслабляет активный мозг.

Поделиться

А о проекте «Химия была, но мы расстались» я узнала от дочки. Для меня очень важно донести до людей, что онкология — это не самое страшное. Онкология — это обычное хроническое заболевание. Конечно, у него есть некоторые осложнения. Но осложнения бывают именно у тех, кто впадает в уныние и депрессию. Оно этим осложняется. В нашем окружении много людей с четвертой стадией, и у меня такая. Но, слава богу, все в стабильном состоянии.

У моего деда тоже было онкологическое заболевание. Его оперировал Сигал, которому памятник в онкоцентре стоит. У него была неоперабельная стадия рака желудка. Он прожил с ним 30 лет. Это были 60-е годы прошлого века. И когда врачебная комиссия сказала: «Забирайте инвалидность», он сказал: «А я назло вам жить буду». И вот это состояние дало ему нормальной полноценной жизни еще 30 лет с раком желудка.

Оксана Шафиева, 44 года

рак молочной железы

Поделиться

Для меня диагноз был неожиданностью. Когда ложилась на операцию, речи о раке вообще не шло. Я о своем диагнозе узнала уже в палате. Мне уже в реанимации надо было осознавать происходящее. Как свершившийся факт про удаление груди. И принимать ситуацию нужно было всю и сразу. У меня в голове всё смешалось. Первые мысли были такие: «Если цена моей жизни — грудь, то идем дальше, и это не обсуждается».

Я думала, как преподнести это маме и семье, мужу. Вот это было самым главным. А дальше я встала на путь борьбы и вообще даже не видела себя больной, потерянной или инвалидом. Я всегда знала, что у меня есть цель и я не вижу преград.

Меня все поддержали. Друзья поддержали и морально, и материально. Они меня вообще не оставляли. Ни на одну минуту. Они всегда были рядом. У меня есть близкая подруга — Ляйсан. Она меня возила с утра до вечера.

Я вылечилась. У меня было метастазирование, которое мы успели вовремя поймать. То есть я сейчас на стадии химлечения. Просто оно уже другого формата.

Вообще моя жизнь не то что не изменилась, она приобрела новые краски. Она стала другой. Я стала радоваться каждому дню еще больше. Хотя я раньше и следила за здоровьем, и правильно питалась. Я домохозяйка, занималась фитнесом. И ничего из этого я не прекратила делать. Просто я пересмотрела нагрузки, которые у меня были. Точно так же хожу в бассейн, занимаюсь на горных лыжах, катаюсь на коньках. Я просто разрешаю себе больше. Почувствовала, что настало мое время. У меня трое детей, и я поняла, что они растут и главное у них — это я.

Поделиться

Мне кажется, у каждого есть свое спасение. Нет единого совета для всех. Когда человек остается наедине с самим собой, ему надо понять, что люди умирают и без рака. Можно попасть в аварию, может оторваться тромб. Причин для смерти может быть огромное количество. Для большинства людей рак кажется концом света, они думают, что можно взять завтра и умереть. В этот момент важно понять, что рак — это не приговор, а пересмотр себя. Перепрограммирование или переформатирование. Каждый сам решит для себя.

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ1
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter