«Абсолютный ноль». Изучаем аномалии рынка труда и «экономическое чудо»

Официальная статистика продолжает радовать россиян беспрецедентными показателями роста доходов и укреплением рынка труда. По данным Единой межведомственной информационно-статистической системы (ЕМИСС), которую опубликовал «Коммерсант», средняя зарплата по стране в августе чуть-чуть не дотянула до 93 тысяч рублей. Однако наиболее показательным является не просто рост средней температуры по больнице, а настоящий прорыв в высокодоходных секторах экономики: число отраслей, где средняя зарплата превысила 150 тысяч рублей, за год увеличилось ровно вдвое, достигнув 24 секторов. Опять-таки, если верить официальной статистике. Стоит ли это делать, пусть каждый читатель решает для себя сам. Росстат ведь не только этими цифрами радует. Оказывается, параллельно с ростом доходов рынок труда демонстрирует небывалую динамику. А еще у Росстата есть такие цифры: время, необходимое для поиска работы в России, сократилось до рекордных 5 месяцев. Для сравнения: в 2009 году на это требовалось 7,4 месяца, а в 2023 году — около 6 месяцев. Как рассказала в беседе с MSK1.RU Анастасия Горелкина, член совета директоров нескольких крупных промышленных компаний, найти работу в России сейчас действительно легко. Это связано с внедрением цифровых сервисов, онлайн-платформ трудоустройства и программ переподготовки специалистов. Причем это не просто упрощает поиск вакансий, но и смену профессии. — Работодатели становятся гибче в подходе к кандидатам, чаще предлагают индивидуальные условия и формируют более точное соответствие между требованиями и компетенциями, — говорит Горелкина. Абсолютно не так оптимистичен один из самых известных специалистов по кадрам в России, президент и совладелец кадрового дома Superjob Алексей Захаров. Он категорически отвергает данные Росстата, называя их «не имеющими отношения к действительности». По мнению Захарова, представленные Росстатом данные о скорости поиска работы не отражают реальную картину рынка труда. Главная претензия эксперта к методологии заключается в том, что ведомство опирается исключительно на данные центров занятости. — У Росстата вообще нет никаких других данных, кроме данных центров занятости, о том, кто и как ищет работу. А в центрах занятости нет никаких других данных о том, кто и как ищет работу, кроме как тех, кто обращается в эти самые центры занятости. А в центры занятости обращаются не за поиском работы, а за пособием по безработице, — говорит Захаров об опыте госстатистики. Он подчеркивает, что именно этот факт искажает статистику, поскольку люди, зарегистрированные в центрах занятости, — это, мягко говоря, вовсе не те, кто реально и активно ищет работу. — Кто в 2009 году, или когда они там считали, искал работу вдруг пять месяцев, сейчас ищет ее пять дней. Кто тогда искал пять дней, сейчас ищет пять часов. Конечно, это некоторое преувеличение, для выхода на работу, конечно, времени нужно чуть больше просто потому, что требуется какое-то там административное оформление. Но чтобы подыскать обычному человеку подходящий вариант трудоустройства, 5 часов более чем достаточно. И вы получите даже не одно, а несколько предложений, — заявляет эксперт. При официальных показателях безработицы в 2,3 процента Захаров говорит, что реально она составляет «около нуля». Официальные цифры отражают лишь незначительную часть населения, которая неактивно ищет работу или относится к депрессивным регионам и сельской местности. — Если мы будем брать любой крупный город с населением, пусть от 200 тысяч населения даже, там безработица отсутствует полностью, это абсолютная ноль. Ну какие-то там депрессивные регионы, сельские, может быть, они какую-то погрешность дают. В некоторых регионах, таких как Дагестан и Карачаево-Черкесия, безработица носит сезонный характер, связанный с сельским хозяйством и туризмом. Но эти 2,3 процента [общей безработицы по стране] — это те, кто работу не ищет, кто пришел на учет, встал в центры занятости. Минимальная безработица, которая статистически как-то учитывается, начинается с 5–6 процентов, — объясняет Захаров логику статучета. При этом новые производства в крупных городах «закрывают» кадровую потребность как раз за счет мигрантов — как внешних (из-за рубежа), так и внутренних (из других регионов). Так что, уверен Захаров, чтобы нарисовать хоть сколько-либо реальную картину ситуации на рынке труда в России, нужно изучать не «валовые» показатели (даже по целым отраслям), а анализировать ситуацию в каждом регионе отдельно.