«Я — зеркало деревни». Как в школе, окруженной тайгой и болотом, работает единственная учительница

Бежевые каблуки уверенно вышагивают из грязи, светлые волосы аккуратно уложены, цветочный шлейф чувствуешь издалека. Вдоль заброшенных домов, по колеям и слякоти, на работу идет Тимербика Чагваровна. Она заходит в деревянное здание, от всех построек в деревне его отличает только табличка на фасаде: «Топкинская начальная школа». Тимербика Чагваровна — единственная учительница в деревне. И последняя, благодаря которой еще существует школа. Наши коллеги из 72.RU побывали в Топкинской — труднодоступной деревне в Заболотье Тюменской области. Рассказываем, как посреди тайги и болот работает школа всего с одним преподавателем. «Вам нужно поговорить с учительницей» Из Тобольска сорок минут на вертолете до Лайтамака, оттуда — час на моторной лодке. И оказываемся в деревне Топкинской, окруженной тайгой и болотом. Здесь нет интернета, медпункта, клуба и пожарной части. Но есть целая начальная школа. — Вам обязательно нужно поговорить с учительницей! — говорят местные. И «учительница» произносят так трепетно, что сразу понимаешь: никого в деревне главнее нет. Идем в школу — с виду обыкновенный деревенский дом с некрашеными досками и высоким крыльцом. В окне видно сотовый телефон, приклеенный на скотч к стеклу. В этой точке ловит связь, сюда же приходят позвонить местные. Заходим внутрь и попадаем в коридор. Деревянный пол, три двери и печка посередине — всю школу можно осмотреть с порога. Пахнет свежей краской, чувствуется прохлада. Снимаю ботинки, и мне предлагают тапочки. Из класса выходит Тимербика Чагваровна — невысокая женщина со сдержанной улыбкой. И приглашает пройти в кабинет. Учебный класс, на первый взгляд, ничем не отличается от того, что есть в любой городской школе. Такая же доска, учительский стол, шкаф, доверху набитый учебниками. Только парты четыре, и каждая рассчитана на одного ученика. Как учительница осталась одна У Тимербики Чагваровны уложены волосы, слегка подведены глаза, в ушах массивные золотые серьги, на ногах — бежевые туфли на каблуках. Она не знала о нашем приезде. В ответ на комплимент учительница говорит: «А как иначе? Я — зеркало деревни». Тимербика Кучумова родилась в Заболотье (труднодоступная таежная местность в Нижнетавдинском, Тобольском и Вагайском районах Тюменской области. — Прим. ред.), в деревне Топкинбашево. После школы окончила педучилище Тобольска и вернулась в родную школу работать учителем русского языка и литературы. Год проработала там, вышла замуж и переехала в Топкинскую. Вспоминает, что тридцать лет назад в школе работали две учительницы и один учитель — отец супруга. У каждого было по классу, уроки музыки и рисования делили между собой. Когда одна из учительниц уволилась, на ее место устроилась Тимербика Чагваровна. — Нас стало трое. Вела один класс, татарский язык и литературу. На всю школу было порядка двадцати учеников, — рассказывает педагог. В 2000 году учительница перевелась на должность воспитателя, начальные классы вела сестра мужа. Когда через три года та уволилась, все обязанности перешли Тимербике Чагваровне. «Я всё делаю со своей дочерью». Работа школы с одним учителем — Одна осталась в 2003 году. Сейчас у меня первый, второй и третий классы. В школе всего 4 ученика. Еще у меня группа кратковременного пребывания — это дети с 3 до 7 лет. Мы три часа в день с ними занимаемся, — говорит Тимербика Чагваровна. Учительница вспоминает, что в какой-то период из деревни массово начали уезжать в Тобольск, потому что работы нет. Сейчас в первом и втором классах по одному человеку, в третий ходят еще два ребенка. Одна из третьеклассниц — внучка учительницы. Основные уроки проходят в первом кабинете. Для изо и технологии — отдельный класс. Если, к примеру, у одного из учеников новая тема, Тимербика Чагваровна объясняет ее индивидуально. В это время остальные ученики работают самостоятельно. — В прошлом году много учеников было — восемь. Пятеро окончили и перешли в пятый класс, — говорит учительница. — Сейчас у меня на четыре ученика два родителя. Потому что семьи многодетные. Одна мама беременная. У одной два ребенка учатся. Уроки, как и везде, длятся 40 минут. Во время самой длинной, 15-минутной перемены дети уходят домой на обед: все живут недалеко. «У них получается такая разминка», — шутит учительница. За телефоны ругать детей не приходится, потому что со связью в школе проблемы. — Сегодня, к примеру, в этой группе дополнительного образования был всего один ученик. Он пришел пораньше. И мы с ним вдвоем занимались, — рассказывает про сегодняшний день преподаватель. Еще одна обязанность Тимербики Чагваровны — готовить школу к учебному году. До того как нашла новую уборщицу и истопника, она сама выполняла все обязанности. — Восемь лет тому назад я сама несколько лет работала уборщицей, некому было просто. А потом в бухгалтерии узнала, какую зарплату получаю за это — 1015 рублей. Я отказалась. По всей деревне искала уборщицу и истопника и нашла. Она проработала 8 лет и в прошлом году уволилась. Получала около десяти тысяч, — рассказывает Тимербика Чагваровна. Охранником в школе работает дочь нашей героини. Работу в школе они разделяют на всю семью. — Я всё делаю со своей дочерью. Мы всю школу вместе с ней приготовили к учебному году: помыли, покрасили, — говорит Тимербика Чагваровна. — Также сама составляю расписание, отправляю завучу. Он согласовывает в Лайтамаке. Руководство приезжает сюда по возможности, зимой и осенью. «Если я перееду, кто будет учить этих детей?» Зарплата учителя в Топкинской школе — порядка сорока тысяч рублей. Шестнадцать из них — оклад, остальное — надбавки за классное руководство и дополнительную группу. Тимербика Чагваровна говорит, что ей предлагали переехать в соседнее село, чтобы там работать в большой школе. Она отказалась. — Разговоры о закрытии школы были весной 2025 года. Я сказала, что останусь и буду учить детей, — говорит педагог. — Если я перееду, кто будет учить этих детей? Если меня не будет, они будут ездить в Лайтамак и будут жить в интернате. А маленькие дети как смогут прожить там целую неделю? Они же маленькие, ничего не понимают. Без родителей, без никого, — эмоционально говорит Тимербика Чагваровна. По словам Тимербики Чагваровны, смысла строить новую школу уже нет. — Думаю, что школа просуществует еще 2–3 года. А потом некого будет учить. Потом я перееду в Тобольск, я там квартиру купила. Новая школа нужна, с одной стороны, а с другой — если учеников не будет? Она пустой простоит, — объясняет учительница. Тимербика Чагваровна говорит, что учит свой последний выпуск в этой деревне. «У нас осталась только школа». Что будет с деревней У Данияра Кучумова семеро детей. Он родился в Топкинской и переезжать в город не хочет. Он работает в лесничестве, зарплата там, по словам мужчины, порядка 25 тысяч рублей в месяц. В сезон доходит до пятидесяти. Говорит, что на продукты для семьи хватает. — Раньше у нас был ФАП, но сейчас медиков нет. Закрыли 2–3 года назад. Приходится за медицинской помощью ехать в Лайтамак. Фельдшер приезжает, когда зимник есть. То есть бывает здесь два раза в год, — говорит Данияр. Вышку для стабильной связи, говорит Данияр, обещали поставить в этом году — жители сами добились этого после обращения к властям. Он верит, что жизнь в деревне еще может поменяться. — Хочется, чтобы школа какая-то была. Детям хотя бы спортивную площадку. Только в этом году человек 5–6 переехали отсюда, — добавил Данияр. Если не будет школы, уверен Данияр, большинство из деревни переедут. Потому что отправлять детей в соседний Лайтамак, чтобы они жили в интернате, родители не станут.