«Эмоции — от удовольствия до желания всё бросить»: как программист стал фермером и воюет за урожай малины с сусликами и бездорожьем

Вот так бывает: «залетает» видео в соцсетях — и человек в одночасье становится местной звездой. Ролик фермера Сергея Пронина посмотрели 300 000 человек. Городской парень решил выращивать малину в глуши: звучит безумно. Наши коллеги из 63.RU съездили, попробовали ягоду, пообщались с Сергеем о маленьких радостях и больших трудностях современного фермера. Его история — ниже. «Меня с домом кинули раза четыре» Путь предстояло держать в Свободные Ключи — небольшое село в 120 км от Самары. На участке неподалеку от речки нас встречают: трактор (абсолютно очаровательный, как Тр-тр Митя из «Простоквашино», только новенький и красный), гараж, морской контейнер (для хранения трактора) и жилой блок: там есть некое подобие комнаты для жизни и небольшая закрытая терраса. А еще недостроенный срубленный дом. Наличники и рамы стоят отдельно. У сруба, который пока смотрит своими пустыми оконными проемами на поле, грустная история. — Меня с ним кинули раза четыре раза, — говорит Сергей. — Дом — бедолага. Он стоял на 7-й просеке. Его отдавали за самовывоз, образно говоря, бесплатно. Я его нашел, а когда приехал посмотреть, шутки ради, просто в него влюбился. Там есть даже мансарда. Это какой-то старый офицерский дом, не просто пятистенок. Сергей несколько раз находил тех, кто готов был перевезти и собрать дом. Но всё шло не так: — Когда ты начинаешь сельское хозяйство без опыта, получается, что где-то тебя да обманут… Появились строители за вменяемые деньги. Разобрать-то разобрали, погрузили в КАМАЗы, привезли сюда, вывалили. И больше не появлялись. У меня есть подозрение, что они искали между бревнами какие-то клады, монеты. Предполагаю, что нашли что-то [и потеряли интерес к заказу]… Говорили сначала, мол, у нас сезон рассады, мы не приедем. Я только затылок себе чесал. Потом было несколько бригад: они приезжали, предоплату брали и уезжали. Навсегда. Был еще один мужик — он приехал, собрал этот сруб, но потом его мобилизовали. Несмотря на то, что сруб почти готов, когда он станет домом — непонятно. — Из-за того, что он тут пару лет простоял, его надо пересобирать, дом весь повело. Я в прошлом году подходил к нему, было у меня немножко свободных денег, думал: «Ну сейчас я ворвусь». Посмотрел, постучал кувалдой по нему — он весь «ходит», — показал свои владения фермер. Кроме того, сейчас к хозяйству сложно подвозить стройматериалы: два месяца назад разрушился мост через реку, по которому проходил путь. — Был мост такой, «игрушечный». Большегрузы по нему не ходили. Но контейнер и гараж через него перевезли. А сейчас никакого моста нет, поэтому приходится огромный крюк делать, расстояние на 43 километра выросло. Сейчас и ягоду возить в город трудно: мне в логистику добавляется почти 100 километров, — сетует Сергей. «Земляника мне не нравится: нагибаться надо» Землю фермер взял в аренду у администрации района на 49 лет. — Я вообще самарский. Лет восемь назад у меня уже был бизнес: магазин «Позитроника» по московской франшизе. А потом я захотел что-то выращивать. Просто искал землю с хорошей водой, рядом с речкой, где можно обустроиться. Вот просто на кадастре нашел, приехал в администрацию, мне сказали: «Да забирай». Прошел конкурс, торги. Потом год я занимался оформлением документов. Сергей начал изучать, что быстрее всего возвращает инвестиции. Это оказались малина и клубника (земляника садовая). — Земляника мне что-то не нравится как культура. Не знаю, может, она низко слишком растет, нагибаться надо. Поэтому я выбрал малину. Но опыта у меня особо никакого не было, поэтому ошибок наворотил нормально. Было весело. Первую свою ошибку на тернистом фермерском пути Сергей Пронин сделал при выборе места. — Эх жаль, что материться нельзя, но я постараюсь эпитеты нужные найти. Да, действительно, ездить очень далеко. Это вот одна из главных ошибок моих: здесь надо балансировать между сбытом и относительно дешевым рабочим трудом. Здесь есть школьники, есть студенты, люди, которые готовы выйти работать на поле за меньший прайс. Но купить стройматериалы в населенных пунктах области выходит на 20–30% дороже, чем в городе. «Хоть на какую-то окупаемость я только на третий год вышел» На поле Сергей Пронин проводит много времени. — Я сюда на неделю приезжаю и живу. У меня здесь водоснабжение, электричество. Переночевать здесь спокойно можно. Иногда у меня остаются друзья, когда приезжают, даже есть гостевая кровать. Вместо шкафа или вешалки для одежды у Сергея Пронина цепи. Вместо декора — дека скейтборда. Мы приехали к Сергею как раз в тот день, когда на ферме проходил первый коммерческий сбор. Фермер позвал работницу, чтобы посмотреть, сколько получится сорвать спелых ягод. После того как удастся собрать пару-тройку ящиков, Сергей отправится продавать их в город. — Посмотрим, сколько соберется. Из-за одного ящика, конечно, я не поеду. Большая часть инвестиций Сергея шла в увеличение урожайности и в оборот: в логистику и упаковку, оплату труда. — Была у меня проблема: капельная лента. Стоила-то она копейки, что-то типа 2,5 рубля за метр. А здесь восемь километров такой штуки. Но ее суслики сгрызли! За 20 минут они сгрызали 200 метров в 15 местах. А малина — это водолюбивая культура, без воды вообще ничего не сделаешь. В прошлом году я проинвестировал в 8 километров капельной трубки, которая уже стоит дороже. Пока мы изучали владения Сергея Пронина, расспрашивали его не только про фермерский быт, но и про обычную жизнь, немалинную. — Я окончил техникум. Специальность — «защита информации». Я не знаю, чем я должен заниматься, камеры видеонаблюдения и сигнализации, наверное, ставить. Потом окончил «Аэрокос», шестой факультет — «программирование». Ага, и ни одного кода не написал. Вру! Написал чат-бот. Еще одной ошибкой Сергея стало то, что он поверил в утверждение, которое где-то услышал: говорили, что малина за первый год «отбивает» затраты на посадочный материал. — По факту на хоть какую-то окупаемость только на третий год вышел. Но это закономерно: уже плодовая стена состоялась, урожай можно собирать. Малинник Сергея занимает два гектара с учетом маточника — отдельного куста, который предназначен не для сбора ягод, а для получения качественного посадочного материала. — У меня вон там подальше еще два гектара есть. Я их «дискану» в осень, потому что у меня весной вся техника поломалась и участок благополучно весь зарос. Второй фермер выбрал просто: поговорил с людьми. — Я по местным проехался, спросил: «Малина растет?» Они сказали: «Да, растет». Мне нужна была вода, электричество в доступности, чтоб можно было подключить по госпрограмме, и близость населенного пункта. Потом я уже начал рассматривать ситуацию глубже: почву, рельеф. Люди, которые заходят в фермерство с деньгами, сразу всё равняют. А у меня и пригорки есть, и низина. Но я решил не спешить никуда и постепенно всем заниматься. «Ситуация с топливом сказалась серьезно» В прошлом году в пик сезона работники собирали около 400 килограммов малины в день. И это при том, что не успели пройти всё поле. В этом году Сергей планирует приблизиться к полутонне. Он надеется, что получится выйти на этот показатель к концу первой декады сентября. Мы спросили и про малиновых клопов и жуков, которых иногда находят в ягоде: делает ли Сергей с ними что-то? — С насекомыми я ничего не делаю. А что с ними сделаешь? Бесплатный белок. Лучше так, чем травить живность всякими химическими инсектицидами. Сергей Пронин продает свою малину по 700 рублей за килограмм. И большая часть цены завязана на логистике. — Ситуация с топливом сказалась серьезно. Мне негде заправиться, а еще плюс 100 километров прибавилось в пути. Если честно, немножко шокирован происходящим. Я езжу в город заправляться. Я даже не могу представить, что решу в какой-то момент своей жизни: «А постою-ка я 4 часа за бензином». Но в любом случае цена на малину от логистики зависит. И ручной сбор, конечно. Популярность в соцсетях помогла фермеру набрать клиентов. Тем более подписчики наблюдают и за тем, как растет ягода, и за тем, как живет Сергей. — Сейчас у меня около тонны предзаказа. Когда подойдет пик сезона, будем собирать по 400 килограммов в день, так что за два-три дня мы эти заказы закроем. Сергей признается, что быть предпринимателем на рынке сельхозпродукции непросто. Приходится постоянно искать возможности для сбыта. — Супермаркеты не хотят работать с малыми фермерами, не очень им это выгодно. Хотя есть магазины, которые себя так позиционируют, будто с малыми предпринимателями и фермерами работают. Одна наша сеть отказалась со мной работать, потому что им из-за меня придется платить НДС, либо мне надо будет свою систему налогообложения менять. Поэтому мне проще мелким продавцам отдавать ягоду чуть дешевле. Да и сама система поставки ягод крупным сетям фермеру не нравится. — Ягода должна быть товарной спелости. Если мы возьмем ее, разомнем довольно сильно, она не должна течь. Плюс важен вкус. В крупных сетевых магазинах предпочитают такие сорта, которые хранятся дней 10–15. А моя ягода через 5–7 дней в холодильнике уже потемнеет. Крупные сети везут в распределительный центр, на тот момент малине уже примерно два дня. Потом ее сортируют — это тоже всё займет пару дней. То есть она к потребителю доедет в лучшем случае на третий день. Иногда происходят необычные ситуации, из-за которых предприниматель теряет прибыль. — В прошлом году что-то произошло: начали везти просто тонны ягоды из Удмуртии, рухнул весь самарский рынок. Два года назад минимальная цена составляла 550 рублей за килограмм. А тут они фуры привозили по 300 рублей, по 250. Это у меня стоимость просто сбора, без удобрений, без подвязывания, без логистики… Я за такие деньги мог бы просто пойти курьером работать. Это даже не лютый демпинг, это какой-то саботаж малиновый. Сергей рассказывает и показывает жизнь своей малиновой фермы в Telegram-канале. «Блин, чем я занимаюсь? Как оно так вышло?» У Сергея монокультурная ферма. На ней растет всего один сорт — «Полька». — Я ее выбрал, потому что она самая простая и прощает много ошибок. Чуть-чуть решил перестраховаться на моменте закладки. Если бы я сейчас начинал заниматься малиной, я бы, конечно, посмотрел в сторону более сложных и интересных сортов. Выращивать ягоду оказалось сложнее, чем предполагал предприниматель. Кроме отсутствия опыта в сельском хозяйстве, есть факторы, которые от человека не зависят вообще. — В этом году июнь подкачал, очень холодный был. Поэтому кусты не такие высокие, как были в прошлом, — они мне по голову были. В июне я просто смотрю на градусник, а там +7 °С. Я говорю: «А что при такой температуре может вырасти вообще?» Ничего и не выросло. Но в начале и середине августа на поле работы очень много. — Я сейчас прохожусь, подвязываю, удаляю побеги, которые уже точно плодов не принесут, а еще была такая интересная операция как обшмыгивание — это удаление нижних листов. Они загущают посадку, а до цветения им еще пару-тройку недель. Полив в малиннике капельный, вручную ничего делать не нужно. Вода идет к кустам по трубке (она заменила капельную ленту, которую грызут суслики). — Капельную трубку они не могут прокусить. Я в нее инвестировал довольно-таки значительную сумму, около 170 000 рублей. А ее надо было купить, уложить, привезти. Потом я трубку к центробежному насосу подключил. С капельным поливом фермер натерпелся. Но ко всему относится весьма философски. — Такие уж у них приколы. Суслики, мыши, вороны проклевывали, то есть все кому не лень пробивали эту трубку несчастную. Зато место здесь чистое, рядом река. Пестицидами, гербицидами я не работаю, только биологию использую. Питаю универсальной минералкой: азот, фосфор, калий. Иногда Сергею помогает его девушка. Раньше она часто приезжала на поле, но когда начали отключать мобильный интернет, стала ездить реже, так как работает удаленно. — Ей тут нравится. Прикольно же: малину с куста поесть, на тракторе покататься. Но теперь работать не получается. Да и сам Сергей проводит тут время с удовольствием. И ягоды ест с удовольствием. — Мне кажется, килограмма полтора в день точно съедаю. Особенно, когда идет вал. Я стою на приемке, фасую малину, смотрю за качеством. Нет-нет, да и утащу какую-нибудь симпатичную ягоду. Иногда не обедаю и не ужинаю, наедаюсь малиной. Сергей Пронин, несмотря на все невзгоды, любит свою ферму. Это заметно по тому, как он о ней рассказывает. — «Полька» — сорт хороший, интересный. И ремонтантный к тому же. Осенью я ее срезаю, а весной она снова вырастает, в этом-то как раз и главное отличие обычной малины от ремонтантной. У нее меньше заморочек с вредителями, максимум — галлицы и листовертки, у меня тут только такие ребята. То есть те, кто реально пытается пропитаться за счет малины или построить в ней свое жилище. Тля малину не особо трогает. В прошлом году Сергей использовал для подвязки пластиковые ленточки, но в этом году передумал. — Меня так бесит, что пластик валяется по полю. Поэтому я подсмотрел у виноградарей такую штуку, она органическая: внутри проволочка, а снаружи бумажная оплетка. Такое получается крафт-эко. Это ближе моему сердцу, раньше я постоянно по полю ходил и бухтел на себя, что пластиковые эти штуки использовал. Первые шаги в малиноводстве даются Сергею тяжело. — Сам иногда думаю: «Блин, чем я занимаюсь? Как оно так вышло?» Спектр эмоций здесь большой — от удовольствия до желания повеситься вон в той избе, пожалуйста, любая эмоция на ваш выбор. Вообще фермер мечтает заниматься виноградом. Но это не такая быстрая инвестиция, как малина. — Он дает урожай только на четвертый год после посадки. Если какое-то вино делать, то это минимум пять лет ждать до первой партии. Ну и какое в Самарской области вино? Невозможно здесь делать что-то легкое, утонченное, изысканное и элегантное. Нужно быть реалистами. А еще Сергей хочет завести кур. — Было бы классно: поставить клеточки между рядов. Еда есть: червячки-жучки всякие. А для малины — отличное органическое удобрение от помета. «Приходится переправляться на лодке» Уже в конце разговора Сергей попросил нас подробнее написать про мост через реку, который был, но в буквальном смысле слова сплыл, подкинув проблем и фермеру, и местным жителям. — Аккурат перед выборами, в 2024 году, его снесло во время половодья. И все власти рапортовали: в план поставим, понтон сделаем. В итоге, как вы сами видите, так он и лежит, этот мост. Даже с ним ничего не делали. Но случилась все-таки кооперация местных жителей: они буквально за «спасибо» — за солярку — пригнали технику, вытащили остатки моста на берег, помогли всё расчистить… Такой он бедолага, конечно, этот мост. Он бы так всем помог. Крюк бы делать не пришлось, ездить стало бы удобнее и гораздо быстрее. Села за селом оказались отрезаны от остальной части района. В условиях проблем с топливом ситуация значительно обострилась. — Тут довольно серьезный трафик проходит, несмотря на то, что дорога подубитая. В пригороде и соседних населенных пунктах живет много людей, которым постоянно нужно ездить в город. Мост спасал, переправлялись. Сейчас из-под воды только торчат металлические трубы. А то, что было покрытием, — доски — лежит на берегу. — Работников на поле я на лодке перевожу. Приходится так переправляться, — подытожил Сергей.