79 свидетелей — и ни одного тела. Что доказало следствие по делу об убийстве экс-мэра Самары внучкой и в чем уязвимость обвинения

Уголовное дело об убийстве бывшего мэра Самары Виктора Тархова и его супруги Натальи уже три месяца рассматривает Самарский областной суд. За это время дали показания десятки свидетелей, изучены сотни документов и материалы экспертиз. Но главной улики до сих пор нет. Тела Виктора и Натальи Тарховых официально не найдены. Именно поэтому дело, которое уже называют одним из самых громких в современной истории Самары, строится не на найденных останках, а на цепочке косвенных доказательств: показаниях, финансовых следах, документах, покупках, поездках и поведении обвиняемых после исчезновения супругов. Наши коллеги 63.RU собрали всё, что на сегодняшний день известно из материалов суда и открытых источников. Коротко о главном Следствие утверждает, что Виктор и Наталья Тарховы были убиты из корыстных побуждений. В процессе заявлены 79 свидетелей обвинения, один эксперт и девять специалистов. Главная обвиняемая — внучка бывшего мэра Екатерина Тархова. Ей вменяют двойное убийство, мошенничество, кражу и подделку документов. Сама Екатерина признала вину частично. Она согласилась с обвинением в убийстве дедушки и бабушки, но отрицает надругательство над телами и кражу части вещей. Как началось расследование Заявление о безвестном исчезновении Виктора и Натальи Тарховых подал их друг Александр Кузнецов. По данным следствия, в январе 2025 года супруги перестали выходить на связь. После проверки было возбуждено уголовное дело по статье об убийстве двух лиц. 21 мая 2026 года Самарский областной суд начал рассматривать дело по существу. Вместе с Екатериной Тарховой судят и Таисию Киселеву — мать Светланы Метревели, которую следствие считает организатором преступления. Саму Светлану и ее племянника Дмитрия объявили в международный розыск. Людмила Тархова, дочь убитых и мать Екатерины, признана потерпевшей по делу, хотя сама сейчас отбывает семилетний срок за вымогательство 200 миллионов рублей у депутата Самарской губернской думы Александра Милеева. Следствие считает, что мотив преступления был исключительно корыстным. Екатерине вменяют не только убийство, но и действия, связанные с распоряжением имуществом погибших после их исчезновения. Версия следствия По данным обвинения, изначально план был другим. Следствие утверждает, что супругов хотели накачать наркотиками, чтобы получить подписи на нужных документах. Когда препарат не сработал, в дело пошел сильнодействующий яд, который Екатерина подсыпала в таблетницы дедушки и бабушки. После смерти супругов, как считает обвинение, начались действия по сокрытию преступления и распоряжению их имуществом. В материалах дела фигурируют эпизоды мошенничества, кражи и подделки документов. Следствие также утверждает, что у Екатерины было три сообщника. Двое из них — Светлана и Дмитрий Метревели — находятся в международном розыске. Светлану обвинение считает организатором: она координировала действия из Грузии. Таисия Киселева помогала при продаже машины Натальи Тарховой. По версии следствия, именно она представилась покупателю собственницей автомобиля, в то время как Натальи Ивановны уже не было в живых. По версии следствия, именно период после исчезновения Тарховых может стать ключевым для дела. Обвинение утверждает, что Екатерина активно распоряжалась имуществом семьи. Она продавала автомобиль, выносила мебель, пыталась получить деньги в компании, где работал дедушка. Именно поэтому следствие уделяет такое внимание не только предполагаемому моменту убийства, но и всему, что происходило после него. Почему это дело называют «без тел» Останки Виктора и Натальи Тарховых не найдены. Их несколько недель искали на полигоне «Преображенка», но поиски не дали результата. Следствие, однако, настаивает: отсутствие тел само по себе не делает обвинение невозможным. Если совокупность других доказательств подтверждает факт смерти и причастность обвиняемых, суд может рассматривать дело и без найденных останков. Откуда взялись «десятки свидетелей» Суд допрашивает людей, связанных с семейными отношениями Тарховых, финансовыми вопросами, действиями обвиняемой после исчезновения супругов, оформлением документов и распоряжением имуществом. Среди свидетелей — друзья семьи, соседи, таксисты, грузчики, риелторы, мастера по ремонту, сотрудники ломбарда и даже продавец жидкого азота. «Солнышко мое, кровинушка моя» Одним из самых эмоциональных эпизодов процесса стали показания знакомого Виктора Тархова. Он рассказал, что в 2015–2016 годах видел в офисе бывшего мэра фотографию Екатерины в рамке. По словам свидетеля, Тархов взял снимок, поцеловал его и сказал: «Солнышко мое, кровинушка моя, на тебя вся надежда». Но другой свидетель описал совсем другую картину. Бывший соратник Тархова заявил, что экс-мэр пытался приобщить внучку к работе с документами и оформлению протоколов, однако та якобы ответила: «Это мне не нужно». Показания шестилетнего ребенка 21 июля прокурор впервые огласил показания сына Екатерины Тарховой. Мальчика допрашивали 6 февраля 2025 года, вскоре после задержания матери. Тогда ему было шесть лет. Ребенок рассказал, что мама часто спорила с бабушкой, «громко, с матными словами», а дедушка в конфликтах почти не участвовал. Самая странная часть его рассказа касалась «командировки» прадедушки и прабабушки. По словам мальчика, мама помогала им собирать чемоданы ночью, а утром их уже не было. За всё время «командировки» они ни разу не позвонили. Он также рассказал, что после их исчезновения в квартире начался ремонт: ломали туалет, меняли отделку, приходили «десять дядей», а у матери был «большой молоток». Бочки, азот и сабельная пила Таксист рассказал, что 7 января 2025 года перевозил для Екатерины несколько металлических бочек. Та объяснила, что они нужны для ресторанного «криошоу». По словам водителя, от бочек шел пар, а сами они были очень холодными. Продавец жидкого азота сообщил, что в начале января Екатерина приобрела у него от 210 до 280 литров жидкого азота. Покупки совершались 2, 3 и 5 января за наличные. Свидетель отметил, что такой объем обычно приобретают организации, а не частные лица. Еще один свидетель — сотрудник строительного магазина — рассказал, что Екатерина интересовалась покупкой сабельной пилы якобы в подарок мужчине. А продавец каустической соды сообщил, что продал ей в общей сложности 56 килограммов гидроксида натрия. По версии следствия, это могло быть связано с попыткой скрыть следы преступления. Где заканчиваются факты и начинаются версии На сегодняшний день официально не подтверждено: что тела действительно были расчленены;что жидкий азот использовался именно для заморозки тел;что останки вывезли в бочках;что их выбросили на конкретном полигоне;каким было орудие расчленения. Все эти детали активно обсуждаются в СМИ и телеграм-каналах, но в открытых сообщениях суда они пока не представлены как установленные судом факты. Сильные стороны обвинения Если отделить эмоции от фактов, наиболее весомыми элементами обвинения выглядят: совокупность показаний 79 свидетелей;финансовые и имущественные действия после исчезновения Тарховых;обвинение в подделке документов;версия о заранее сформированном корыстном мотиве;данные о предполагаемых сообщниках и попытках сокрытия следов преступления. А что остается самым слабым местом? Отсутствие тел. Именно оно превращает дело одновременно в громкое и уязвимое. В открытом доступе пока нет публично представленных прямых физических доказательств убийства, не раскрыты полностью материалы экспертиз, а многие шокирующие детали существуют скорее как версии и реконструкции, чем как установленные судом обстоятельства. Дело строится на совокупности свидетельских показаний, финансовых следов, документов и иных косвенных доказательств. Судебное разбирательство продолжается. Мы продолжаем следить за развитием событий. Следующее заседание назначено на 3 сентября 2026 года.