Почем теперь беременные школьницы и что положено будущему отцу из 10-го «Б»

По всей стране идет парад местных постановлений о премировании забеременевших школьниц до 17 лет включительно. Опираясь на свежий приказ минтруда, уже более 40 регионов постановили выплачивать школьницам не менее 100 тысяч рублей. Автор понимает логику такого шага, но настаивает на его непоследовательности. Громче всего по медиагоризонту прошла новость из Орловской области, где «женщинам, обучающимся по очной форме обучения в общеобразовательных организациях» (это и есть школа), при условии постановки своей беременности на учет в женской консультации обещали те самые 100 тысяч. Информация о Брянской области, которая на днях положила им 150 тысяч, уже прошла почти незаметной. Понятная цифра: если вы не школьница, то за постановку на учет в консультации даже в богатой Москве вам положен 841 рубль. Это не опечатка. В целом в том, чтобы быть школьницей, а не взрослой дамой с целлюлитом и ноющим на погоду плечом, и без того есть масса преимуществ. И 100 тысяч за сам факт беременности — это даже не самый приятный плюс. Однако есть и минусы. Это раньше абитуриентке с животиком экзаменаторы в вузах нередко накидывали лишний балл при поступлении. Теперь же бездушная машина ЕГЭ животики игнорирует. Это раньше ясли с трех месяцев были нормой. А сейчас это, мягко говоря, не поощряемо обществом, плюс еще поди поищи те ясли с трех месяцев. Ну и в целом, как наше милое общество относится к юным матерям, нетрудно заметить по телепередаче «Беременна в 16». Если коротко, то так себе относится, даже несмотря на оправдательную в целом позицию авторов шоу. Всё же куда приятнее респектабельно рожать первого в 30–35 лет, с хорошими декретными, которые зависят от зарплаты, со своей, пусть и ипотечной, квартирой, с надежным мужем — менеджером среднего звена, с машиной, умными и опытными подругами. Пусть акушерки в роддоме обзывают старородящей, но хоть относятся не как к школьнице, а чуть поприличнее. Да и роддом можно повыбирать, а декретных может хватить и на Лапино. Так-то логика властей понятна. В первую очередь — это неплохая профилактика подростковых абортов. Если только за то, чтобы прийти в консультацию и показать, что там у тебя, дают сто тысяч, уже не каждая мать школьницы станет настаивать на том, чтобы избавиться от плода любви и сохранить честь семьи. А стоит дойти до консультации, ты уже в системе. Пособие одно, пособие другое, рекламные всякие штучки от производителей товаров для детей, да и врачам в консультации премию дают за переубежденных в аборте матерей, они тоже стараются. Второй, более сомнительный тезис — увеличение рождаемости. Конечно, беременные школьницы — увы! — никакого отношения к демографии не имеют. Их число ничтожно мало (по крайней мере, до вот этих вот пособий). Всё же демографический переход у нас более-менее достиг даже самых отдаленных регионов. И реально родивших до 17 лет включительно у нас на всю страну около 9 тысяч школьниц (и пэтэушниц). Это 0,7% от всех новорожденных по стране. А что до абортов, то их основная социальная группа — замужние женщины от 30 до 39 лет, беременные третьим ребенком. Школьницы тоже делают аборты (около 3 тысяч в год), но если отбросить в сторону этические вопросы, к демографии это, на фоне общих 500 тысяч операций в год по стране, не имеет отношения. Так что самым очевидным плюсом этих пособий следует считать всё же моральную поддержку девочек, оказавшихся в крайне трудной ситуации. Их, если хотите, козырем и каким-никаким финансовым подспорьем. Если мать в сердцах крикнет: убирайся из моего дома, а отец достанет ремень, совсем ночевать под забором не придется хотя бы первое время. Благородно? Пожалуй. К слову, ранние и ультраранние беременности и роды, вопреки стереотипам, — это вовсе не Кавказ и степи, а вполне себе коренные губернии. Так, по одной 12-летней матери в 2022 году было, кроме Москвы, также в Алтайском и Краснодарском краях. По три 13-летних — опять же в столице, а также в Кемеровской и Челябинской областях. 14-летние чаще всех рожали в Ставропольском крае (14 раз), в Свердловской (10) и Ростовской (9) областях. Больше всех 15-летних матерей было в Краснодарском крае (35), Челябинской области (34) и в Ставропольском крае (32). Краснодар, Ростов, Ставрополь — лидеры по 16-летним роженицам, а Дагестан (впервые появляется Кавказ), Кубань и Свердловская область — по 17-летним. Есть возражения, мол, не надо смотреть на регионы, давайте считать национальность юных Джульетт. Мол, там одни среднеазиатские мигрантки, цыганки да езидки. Ну, положим. А кто же тогда выступает в «Беременна в 16»? Какие-то ненастоящие беременные? Давайте уж при всём присущем нашему обществу бытовом национализме не будем с водой выплескивать и младенцев. Есть они, наши девочки, которых это всё касается. И не надо делать вид, что это про каких-то «других» речь. Однако возникает вопрос о справедливости. Почему — это я уже как многодетный отец с двумя девицами на выданье говорю — региональные власти поддерживают в эту трудную минуту девочек, а о мальчиках как бы никто и не вспоминает? Хотя степень ответственности у юных любовников — по крайней мере, декларируемая тем самым обществом, — одинаковая. Согласно последним отчетам Росстата, в России ежегодно официально выходят замуж около 4 тысяч девушек до 18, а примерно 500 мальчиков становятся мужьями. Это очень мало. Для сравнения: в 1991 году было 13,5 тысячи женихов, не достигших призывного возраста, и целых 81 тысяча таких же невест. Встать и сказать: «да, это и моя проблема тоже!» — сейчас у донжуанов из 10-го «Б» нет ровным счетом никакой мотивации, кроме как собственного морального стержня. Но если наши прадеды в 16 лет уже командовали полком, то чего бы нашим мальчикам хотя бы не прятаться в кустах, пока их любимая разгребает потоки социальной неприязни? Не струсил, посмотрел в глаза отцу своей девушки и сказал: «я буду рядом с ней» — молодец, на тебе тоже 100 тысяч. А на двоих уже 200. Уже капитал. А там уже, может, и спор начнется среди мальчиков — кто отец на самом деле. Ведь темнота — друг молодежи. Уже какая-то интрига и борьба за обладание гордым званием «отец» завяжется. А там уже можно будет говорить и о поддержке не только студенческих семей, как это происходит сейчас, но и школьных (и пэтэушных). Льготы при поступлении, дополнительные баллы по ЕГЭ, льготная ипотека (ее можно пока что только на бабушку оформить, но как-то решится этот вопрос), ну и новый айфон. Как развивающую игрушку. А и чтобы вообще все довольны были, молодой бабушке можно накинуть хотя бы тысяч 50, потому что понятно, кто всё это на своем горбу будет нести. Ну и дедушке, чтобы не сильно ругался. Ст. 134 УК РФ называет преступным вступление в половую связь с лицами, не достигшими 16 лет. Таким образом, именно это в нашей стране — возраст согласия. И юридически секс без отягчающих обстоятельств по взаимному согласию разрешен именно с шестнадцати. Сложнее с теми, кому на момент любви 16 лет еще не исполнилось. По умолчанию за секс с такими девушками (и юношами) положено по уголовному кодексу от обязательных работ до 4 лет тюрьмы с 10-летним запретом работать в определенных профессиях.Есть исключения.Если партнеру 15-летней девушки еще самому не исполнилось 18 лет.Если партнер женится на девушке.Если разница в возрасте между любовниками не превышает 4 лет.Необходимо подчеркнуть — всё это если без отягчающих обстоятельств и если это всё с донжуаном случилось в первый раз. Ну и если девушке уже есть хотя бы 14 лет.В противном случае, если ей от 12 до 14, то наказание уже без всяких исправительных работ: от 3 до 10 лет тюрьмы. Всё, что меньше полных 12 лет, — автоматически считается изнасилованием (до 20 лет лишения свободы) с соответствующими санкциями, «поскольку такое лицо в силу возраста находится в беспомощном состоянии, то есть не может понимать характер и значение совершаемых с ним действий».Однако, с другой стороны стоит напомнить, что уголовная ответственность в России за любое деяние начинается только с наступлением полных 14 лет у преступника. До этого никаких санкций к нему быть не может.