«Гибнут птицы, дельфины, рыбы! Добровольцы уже обессилены, а Бог в отпуске»: что шокировало волонтера в Анапе

— Это ужас, когда поздно вечером ты стоишь на обрыве, слышишь, как бьются волны, но вместо соленого ветра вдыхаешь запах мазута. Опускаешь глаза вниз, а там, в темноте, по берегу идут люди в белых комбинезонах с фонариками и ищут перепачканных птиц. Чтобы понять масштаб трагедии, нужно видеть, как в XXI веке нефтепродукты из моря черпают ковшом экскаватора, как лежит танкер, как сотни волонтеров просеивают загрязненный песок кто во что горазд: через ситечко или совок для чистки кошачьего лотка, — рассказывает о своей поездке в Анапу Ольга Лейкина нашим коллегам из 63.RU. Домохозяйка из Самары вместе с мужем-айтишником рванули спасать Черное море сразу после Нового года. Праздничные наряды они сменили на СИЗы, туфли и ботинки — на резиновые сапоги, а карнавальные маски променяли на защитные очки и респираторы. Не могли спокойно смотреть на отравленную мазутом природу и гибнущих дельфинов и птиц. Журналисту 63.RU Ольга честно рассказала о том, что творится на побережье после катастрофы, что делят между собой волонтерские штабы и как местные жители пытаются нажиться на добровольцах. — Ольга, когда вы узнали о крушении танкеров в Керченском проливе и разливе мазута? — Телевизора у нас дома давно нет, новости о катастрофе прочитала в телеграм-каналах. Сначала не придала значения. Ситуация не освещалась и не освещается подробно и широко. А потом в запрещенной соцсети мне стали попадаться ролики с места ЧП. И где-то 20 декабря я поняла, что там творится что-то ужасное. Я всё думала, что власти вот-вот включатся, спасатели приедут. Но я не увидела на опубликованных видео ни сотрудников МЧС, ни каких-то еще специалистов. И приняла для себя решение — надо ехать. — От решения до реализации сколько прошло? Как из Самары добирались? — Я хотела ехать еще до Нового года, чтобы к 31 декабря вернуться в Самару и встретить праздник дома с семьей. Оказывается, попасть из Самары в Анапу непросто. На самолете получается очень дорого. А на поезде добираться долго: большая часть времени уйдет на дорогу, а на саму Анапу остается 1–2 дня. В итоге к моей инициативе присоединился муж Михаил. Новый год встретили в Самаре, а 2 января загрузились в машину и поехали: Самара — Хвалынск — Волгоград — Ростов — Анапа. Очень пожалели, что не взяли с собой обычную бумажную карту. Оказалось, что в Краснодарском крае глушат GPS. Поэтому от Ростова до Анапы ехать было сложно. Тем не менее 3 января мы уже были на месте. Дорога заняла около 26–28 часов. Отработали на побережье четыре дня и уехали 7 января. — Вы ездили за свой счет, или с дорогой и жильем волонтерам кто-то помогает? — На тот момент какой-то конкретной информации еще не было. Мы сами купили СИЗы, респираторы, фильтры для них, очки защитные, резиновые сапоги, перчатки. Естественно, бензин тоже за свой счет. Когда я мониторила группы волонтерские, не было еще информации о том, где добровольцы могут остановиться. Люди писали, что они приезжают, а жить негде. Мы с мужем решили, что переночевать сможем в своей машине, а в городе всегда найдется баня или сауна, чтобы помыться. Но ближе к Анапе уже стали появляться предложения жилья. На тот момент бесплатно заселиться можно было только в гостиницах «Посейдон» и «Атриум». Там до сих пор принимают и кормят волонтеров бесплатно. Но чтобы туда попасть, нужно приехать группой в 3–5 человек. По одному или по двое не селят. — В итоге вы ночевали в машине? — Нет, я нашла по объявлению отель в Анапе, где койко-место предлагали за 400 рублей в сутки. По факту вышло по 800 рублей с человека, и еще с нас, по-моему, взяли этот туристический сбор. Мы не стали выяснять отношения, ругаться с отелем. Не для этого приехали. Главное, что у нас был теплый ночлег и душ. На первом этаже — кулер с горячей водой. Волонтерам можно было им пользоваться. Как я поняла, наши соседи по отелю тоже были добровольцами, а не отдыхающими. — Чем именно вы занимались на месте? — Изначально ехали спасать птиц. Их ловят чаще всего вечером-ночью и приносят отмывать. Но в день нашего приезда были холод и дождь. В штабе нам сказали, что в такую погоду за птицами «охотиться» бессмысленно. К тому же им нужны люди, которые пробудут дольше, чем мы. Потому что на обучение вот этой отмывке птиц крахмалом и «Фейри» уходит день. Плюс еще день тебя контролирует и страхует специалист. Подумала, что отвлекать от работы зоозащитников в нашем случае нельзя. Поэтому вечером просто легли спать пораньше. А с утра поехали в Витязево. Два дня работали там от штаба «Жара». Убирали песок с мазутом на пляже. Вот тебе лопата, вот мешок, вот пляж. Работай от сих и до заката. Никто особо ничему не обучает. — Еще один день чистили берег в поселке Волна в Тамани при штабе «Дельфин». В «Телеграме» прочитали, что там очень требуется народ. Но получилось всё неоднозначно. Организаторы не сказали, что «Газель» до места, где очень нужны рабочие руки, отходит в 09:00. И пока мы без GPS, что называется, по пачке «Беломора», ехали до Тамани, автобус ушел. Мы были в Волне в 11:00. Самостоятельно на авто оттуда до места сильного загрязнения не добраться — только трансфер. И нам сказали: «Идите убирайте на берегу». А там довольно чисто было по сравнению с Витязево. В песке — только мелкие загрязнения. Поселок Волна большой. Люди там живут круглый год и вполне могут сами собрать эти капельки мазута. Мы могли бы не тратить 5 часов в день на дорогу, а прийти на «Жару» к 9 утра и заниматься там просевкой песка до вечера. Наш КПД в этот день был низким. Меня это очень расстроило. Могу сказать, что в Тамани даже воздух чище: мазутом почти на пахнет. В то время как в Витязево и даже в Анапе невозможно находиться на пляже без респиратора и защитных очков. Воняет так, будто вы стоите рядом с работающим трактором. Как оказалось, лично у меня от мазута слезы текут и во рту появляется жуткий привкус. — Можете поделиться своим самым ярким впечатлением от поездки? — Сильное потрясение было, когда мы в обед пришли на кухню. Там сидели девушки в этих грязных нефтяных СИЗах, респираторы болтаются у них на шеях, на макушке поверх шапок — защитные очки, под комбинезонами — одежда бомж-стайл, которую не жалко выкинуть, если испачкаешь. И вот у всех волонтерок на руках свежий, дорогой, праздничный маникюр. Молоденькие ухоженные красивые девочки с шикарными ногтями в обрамлении старой и грязной одежды. Это такой диссонанс. — Вы говорите о девушках. Мужчин не было в добровольцах? — Знаете, наверное, процентов 70 от общего числа волонтеров — женщины. — А в географическом отношении среди волонтеров кого больше, приезжих или местных? — Не знаю, сколько там самарцев. Но авто с самарскими номерами довольно много. Вообще, там волонтеры со всех городов страны. Люди прямо пишут на своих машинах «Смоленск», «Рязань», «Новокузнецк», «Москва». Москвичей безумно много. Кажется, больше, чем местных. — Не хотят или не осознают масштабы бедствия? — Это такая катастрофа, о которой нужно говорить каждый день. Это второй Чернобыль. Но там были химвойска. А тут?.. На участке берега, где мы убирались, сотрудники МЧС большей частью просто стояли. В СИЗах с лопатами я их не видела. — Вы не сняли на фото или видео этих сотрудников? — Мы приехали не для того, чтобы показывать: «Смотрите, МЧС ничего не хотят делать». Мы приехали, чтобы самим что-то сделать. Поэтому не снимали. Остальное на их совести. — Еще к вопросу о совести. В информационном пространстве периодически всплывают истории, как местные жители якобы обманом наживаются на тех, кто приехал помогать. Вы сталкивались с такими вещами? — Наша ситуация с жильем сложилась в целом благополучно. Но в «Телеграме» волонтеры такие истории описывали. На сайте-агрегаторе объявлений были предложения о койко-местах за 350 рублей в сутки. Люди откликались на них, писали какого числа и сколько человек приедет. А им в ответ: «Проживание обойдется в 10 тысяч». Добровольцы у такого предприимчивого дельца спросили, нормально ли так наживаться на тех, кто едет спасать природу и животных? А этот «отельер» сказал, что волонтеры уже совсем обнаглели. Скрины этой переписки в общем чате ребята выставляли. Едешь помогать людям, а оказывается, что ты наглый… Идет травля волонтеров какая-то, особенно тех, кто занимается спасением птиц. Есть очень некорректные высказывания от чиновников и депутатов. Как только зоозащитников не называют. — Даже так? А власти как свою работу выстраивают? Как с волонтерами взаимодействуют? — Я, наверное, вопрос про власть опущу. Потому что кто даст правильный ответ, тот получит 8 лет. Не хочется комментировать это. Мы приехали и уехали. Того участия властей, что показывают по телевизору или в официальных каналах, я лично там, где мы работали, не видела. Насколько я поняла, в тот момент штабы волонтерские курировались обычными людьми. По большей части это были хозяева отелей у конкретных пляжей. Соответственно, они, конечно, были заинтересованы, чтобы их береговую линию очистили. — Все заинтересованы, но бесплатно жить волонтеров пустили в итоге только два отеля? — У местных такая странная вообще позиция. Они хотят, чтобы мы приехали и всё им там почистили, но сами напрягаться они не хотят абсолютно. Так же, как и нести сильные финансовые потери. — То есть волонтеры чистят морской берег и спасают животных за свои деньги? — Не совсем. Как я поняла из тг-каналов, на первых порах мешки для сбора мазута с пляжей, моющие средства для птиц, лопаты люди покупали сами. Когда мы приехали, то весь инвентарь, СИЗы, респираторы и даже сапоги и перчатки выдавали в штабе. Не могу ничего утверждать. Отчетов добровольческих штабов я лично не видела. Вроде как что-то дает государство, что-то купили на пожертвования. В группах волонтеров висят списки того, что нужно. Люди со всей страны, со всего мира заказывают на маркетплейсах лекарства, СИЗы, крахмал, моющие средства для очистки птиц, одноразовую посуду. Добровольцы объезжают пункты выдачи, получают всё по QR-кодам и везут на склад или в штаб по мойке птиц. Говорят, как-то можно получить компенсацию, если зарегистрироваться на Добро.ру или Добро.рф и какую-то справку взять в едином волонтерском штабе. Там же при регистрации добровольцам давали баллы или коды на такси и доставку еды. Но там такие толпы народа, что нам не до регистрации было. Волонтеры обеспечены бесплатным питанием. Местные жители готовят много и вкусно. Вечером, когда заканчивается смена, добровольцам обязательно дают еще и с собой еду. Нам с мужем как-то положили гречку с тушенкой на ужин. Порции настолько большие, что хватило одной на двоих. Кормят очень хорошо: борщи, котлеты, сосиски, пирожки, вегетарианская еда, настоящая уха на костре. Бутерброды не заканчиваются никогда. Чай любой: черный, зеленый, с ягодами, травами. В этом плане большое спасибо всем, потому что питаться в Анапе недешево. Мы зашли как-то в кафе недалеко от гостиницы. Там 150-граммовая порция карпаччо из свеклы стоит 270 рублей. А 170 или 200 граммов свекольного салата — 470 рублей. Все остальные цены я даже смотреть не стала. — Вернетесь туда на отдых, когда минует опасность? — На нашем Юге я была первый раз, наверное, 21 год назад. Мы с мужем ездили в Адлер. Мне было 25 лет. И я звонила маме и плакала в трубку, что хочу домой. Настолько не понравилось всё! Помню, когда уезжали, я целовала вагон, который нас оттуда вез. Второй раз на море ездила 16 лет назад. Провели две недели с ребенком в Ейске. Еще раз убедилась, какая у нас помойка, и зареклась ездить. И если бы не катастрофа, я бы никогда не поехала в эти места. И не планирую возвращаться, даже когда всё это закончится. Особенно в свете информации из волонтерских групп о том, что происходит. Я всё больше и больше убеждаюсь, что властям местным и жителям нужна просто бесплатная рабочая сила, которая приедет и почистит их песочек, чтобы летом туда прикатила куча народу и привезла им денег. Кажется, что ни о какой природе, ни о какой фауне они не заботятся. Гибнут птицы, дельфины, рыбы! Гибнет природа! Добровольцы уже обессилены. Кидаешь этот песок с мазутом — всем пофиг, отмываешь птиц — всем пофиг. Каждый новый разлив на танкере, и вся работа — псу под хвост. Пока не уберут мазут из моря, можно просеивать песок, можно танцевать и что угодно вообще делать, но берег чистым не станет! Сотни людей закупают товары, медикаменты. Другие ловят и моют птиц. А потом этих несчастных пернатых просто кто-то берет и увозит. Вслед за этим идут сообщения о преждевременном выпуске крылатых пострадавших и их гибели. То, что там происходит, просто несправедливо! Не знаю, как объяснить… Нет таких слов просто! Как в страшном сне, когда хочешь орать, а голоса нет, бежать, а не можешь пошевелиться. Это такое отчаяние! Не могу сказать, что верующий человек. Но если Бог есть, такое ощущение, что он в отпуске.