«У него чуть ли не закатываются глаза»: пассажир рассказал, как таксист у него на глазах сбил толпу на остановке в Казани

«Услышал непонятные хрипы, поднимаю голову — водитель не держит руль, руки у него согнуты. Посмотрел в зеркало заднего вида — у водителя чуть ли не закатываются глаза», — так вспоминает 10 марта пассажир, который своими глазами видел, как таксист сбил 11 человек на остановке «Калинина».

Сегодня, 1 октября, в Вахитовском райсуде 22-летний Марат Мусин рассказал подробности наезда авто на толпу на Вишневского. А сам обвиняемый таксист попросил прощения у потерпевшей, которая требует от него не меньше полумиллиона ущерба. Что стало известно на этом заседании и какое наказание просит сторона защиты водителя «Москвича», рассказываем в этом материале.

75-летняя Ясмина Хусайнова — одна из потерпевших. 10 марта этого года пенсионерка забирала свою 12-летнюю внучку из художественной школы. Как уже рассказывала жительница Казани, они вместе доехали до остановки «Калинина», уже планировали перейти дорогу, но в какой-то момент на них налетел автомобиль.

— Почему-то сошли на «Калинина», должны были на «Шмидта» сойти, только с лестницы спустились, ничего не помню. Память пришла, когда меня в 7-ю горбольницу увезли после шоковой терапии, уколы сделали. Абсолютно не помню, как меня грузили в скорую, — рассказала на заседании потерпевшая.

По словам Хусайновой, ей причинили огромный вред. Передвигается она сейчас на костылях, не может спокойно спать из-за сломанных ребер, один глаз стал плохо видеть, рука не двигается. Внучка Ясмины Ахатовны также пострадала. Она сломала копчик, но ее уже давно выписали из больницы.

— Я бегала только так, я и с внучкой занималась, вообще такая юркая была. Ноги у меня уже 7-й месяц не ходят толком, дома я хожу только с палками, сюда меня привез сын. <…> У меня были две операции на обе ноги. Там, говорили, одни кости только были, всё раздроблено, всю ночь укрепляли их. Плохо. Как жить дальше, не знаю даже, — ответила на вопросы гособвинителя Хусайнова.

Обвиняемый таксист извинился перед потерпевшей. Он сказал, что наехал на толпу не специально.

— Мне очень жаль, раскаиваюсь в этом, извините. Весь ущерб обязуюсь восстановить, выплатить, оказать необходимую помощь финансовую, физическую, — сказал 29-летний Евгений Крусев.

К слову, об ущербе: пенсионерка на предварительном следствии заявляла моральный ущерб, после чего обратилась с гражданским иском, где потребовала от таксиста не меньше полумиллиона рублей. От своих требований потерпевшая не отказалась. При этом извинения Крусева она приняла.

— Менее строго (наказать. — Прим. ред.), наверное, — ответила Хусайнова на вопрос гособвинителя о наказании для таксиста.

Еще одна потерпевшая в деле — Светлана Пигалева. Но на заседание по каким-то причинам она не явилась. Ее показания озвучила гособвинитель Виктория Аюпова. Как говорила на допросе потерпевшая, примерно в 11:20 она находилась на остановке «Калинина», ждала свой автобус. Как только транспорт подъехал, она встала и подошла к передней двери краснобуса.

— Стала дожидаться, пока из автобусов выйдут пассажиры. Передо мной также стояли пассажиры, которые собирались зайти в автобус. В следующий момент я обнаружила себя лежащей на асфальте. Что именно произошло со мной на тот момент, я не понимала. Я попыталась сама встать с проезжей части и в этот момент заметила, что с головы у меня потекла кровь, — говорила на предварительном следствии Пигалева.

Встать Светлана так и не смогла: у нее сильно начала болеть правая нога. Она отползла с проезжей части к тротуару. Затем ее доставили в горбольницу № 7, где она проходила лечение. А после восстанавливалась дома.

Пассажир, который ехал в машине Крусева в тот день, — 22-летний повар горячего цеха Марат Мусин. Он вызвал такси, чтобы доехать до своего вуза. Парень взял отпуск на работе на время сессии. Ехал с Евгением он около 12–13 минут, пока не заметил, что с таксистом что-то стряслось.

— Во время того, как я сидел в наушниках в телефоне, я услышал какие-то непонятные хрипы, поднимаю голову — водитель не держит руль, руки у него согнуты. Посмотрел в зеркало дальнего вида — у водителя чуть ли не закатываются глаза. Следующие секунды 2–3 мы врезаемся в остановку, залетаем в проем между автобусом и остановкой. <…> Я помню, что как минимум троих сбило прямо у меня на глазах, следующий момент помню довольно размыто, — рассказал на суде пассажир.

Скорую помощь, как вспомнил парень, вызывали очевидцы. Сам он порядка 15 минут искал свой телефон, который вылетел из рук во время наезда. Мусин обращался в больницу, он получил легкие травмы — ушибы и растяжение. По мнению свидетеля, Крусев не мог контролировать ситуацию в момент наезда.

— Мне показалось, что он потерял сознание во время приступа или чего. Он пришел в себя только на автобусной остановке, его вытащили из машины, дотащили до остановки, и буквально через минут 5–6 я слышал, как он разговаривал с людьми, спрашивал, всё ли с ними в порядке, — объяснил повар.

Адвокат таксиста Андрей Афанасьев уже после заседания сказал, что его подзащитный не мог контролировать свои действия.

— В настоящий момент свидетель, который ехал с ним в автомобиле, утверждает, что у Крусева был приступ. Он извиняется перед потерпевшими. Хотелось бы, чтобы суд лояльно отнесся к нему, назначил наказание по всем принципам Уголовного кодекса, — подчеркнул Афанасьев.

Также представитель защиты в беседе с корреспондентом 116.RU сказал, что хотелось бы добиться не самого строгого наказания.

Таксист наехал на толпу и влетел в пассажирский автобус 10 марта этого года. Среди пострадавших было трое детей, два человека получили серьезные травмы. Крусев, как говорится в обвинении, не имел права водить какой-либо транспорт. Его лишили их еще в 2022 году, но он якобы купил справку о медосмотре от врача-психиатра и добился того, чтобы ему вернули удостоверение.

Кроме того, в анализах таксиста обнаружили следы амфетамина и марихуаны. Евгению вменяют нарушение ПДД, повлекшее по неосторожности тяжкий вред здоровью в состоянии опьянения (ч. 1, ст. 264 УК РФ, ч. 2, п. «а», ст. 264 УК РФ) и хранение поддельных документов (ч. 3, ст. 327 УК РФ). Вину обвиняемый признал только по последней статье.