«Теперь больше ценю семью». Ветеран из Чувашии стал воспитателем после тяжелого ранения

Алексей Башмаков из Чебоксар оказался на передовой с первых дней спецоперации. Он служил в парашютно-десантном ударном полку, пока не получил тяжелое ранение в марте 2022 года. Пришлось долго лечиться и восстанавливаться, после чего ветерана комиссовали по состоянию здоровья. Сегодня он работает воспитателем в Чувашском кадетском корпусе ПФО имени Героя Советского Союза А. В. Кочетова и продолжает заниматься спортом, который любил с юности. О службе и жизни после СВО Алексей рассказал в интервью.

— Как вы оказались на передовой?

— Я был действующим военнослужащим, кадровым офицером. И меня отправили на СВО 24 февраля, когда всё только началось.

— Как получили ранение?

— Командир роты дал задачу эвакуировать технику, застрявшую в овраге. И во время ее выполнения противник заметил скопление живой силы и техники, начал минометный обстрел. Так я и получил тяжелое ранение — минно-взрывное, осколочное, сквозное в правое плечо. Рядом как раз был заместитель командира моего взвода, он подбежал, оказал первую помощь, и мы поехали к тульским десантникам из 106-й дивизии. У них в лесу была развернута палатка с медперсоналом и оборудованием. Там мне сделали рентген, и сразу на операционный стол. А на следующий день опять начался минометный обстрел этого леса.

— Как удалось эвакуироваться?

— Все спрятались под железные кровати. Я лежал на земле на носилках и молился. Слава богу, все обошлось. Утром приехал майор за мной — и снова минометный обстрел. Мы успели в перерыве за восемь минут уехать в населенный пункт. К ночи прилетели вертолеты, забрали нас. Лечился четыре с половиной месяца в Питере, в военно-медицинской академии, потом в Иваново месяц плюс еще одна операция. Когда вернулся в полк, меня назначили командиром роты срочников. Им я был две недели — понял, что не могу исполнять эти обязанности по состоянию здоровья. Меня поставили заместителем командира роты по военно-политической работе. Там еще проработал, пока ВВК проходил. Через полгода комиссовали, и я вернулся в Чебоксары.

— Сейчас вы уже полностью восстановились или продолжаете реабилитацию?

— Продолжаю. Каждые полгода — лечение, физиотерапия и массаж, каждый год — санаторий. Третью группу инвалидности дали.

— Но при этом вы работаете?

— Да, в нашем кадетском корпусе. Обучаем, воспитываем детей. Уроки заканчиваются, и они до отбоя с нами, даже домашку вместе делаем. Плюс — занятия по начальной военной подготовке и основах военной службы. И очень любим ходить в походы, ездить на сплавы.

— Есть ли у вас хобби?

— Я занимаюсь спортом. Люблю бег, легкую атлетику, бассейн. В свое время играл в футбол и хоккей, занимался борьбой. Сейчас перешел на теннис — научился играть левой рукой. Даже представляю республику на соревнованиях. Еще понравилось метать ножи. У нас тут стенд есть, в свободное время вместе с кадетами и другими воспитателями метаем. В этот вид спорта меня вовлекли в фонде «Защитники Отечества». Там же предложили поступить в университет «Синергия» на факультет государственного и муниципального управления. Кроме того, я повышаю квалификацию по программе «Время своих».

— Насколько вам было сложно адаптироваться к мирной жизни после СВО?

— Страшные сны до сих пор, бывает, снятся. Сейчас уже более спокойно к этому отношусь. Меня жена поддерживает, и ребенок у нас есть, год и пять месяцев. Да и товарищи, с которыми вместе служили, тоже здесь, постоянно на связи. Есть о чем и с кем поговорить.

— Что для вас было самое приятное по возвращении домой?

— Конечно, то, что в нас верили, надеялись на нас. Ждали самые близкие люди, кого это реально коснулось: родители, супруга — все молились, поддерживали.

— Какие-то важные мысли вынесли с СВО?

— Да, начал понимать, что такое боевое братство, товарищество. И теперь больше ценю семью.