«Было ощущение, что старики просто брошены»: в Казани в скандальном доме престарелых «агрессивным» бабушкам давали психотропы

В доме престарелых, история которого поразила казанцев в сентябре 2024 года, стариков пичкали нейролептиками, чтобы они не были «требовательными». Такие показания дала одна из работниц нелегального частного пансионата, который находился в поселке Щербаково.

О том, что они видели (или не видели) в доме, рассказали врач, родственники бабушек и дедушек, а также владелец дома. Показания этих свидетелей зачитали на заседании в Авиастроительном райсуде.

Хозяйка дома престарелых Чулпан Мифтахова вела бизнес с 2020 года. Пансионат располагался в обычном двухэтажном доме с подвалом. Внутри — 10 комнат. Мифтахова арендовала этот дом.

На момент обыска (в сентябре 2024 года) в доме престарелых проживало минимум 22 старика. Мифтахову обвиняют в том, что она не создала нормальных условий для проживания постояльцев.

На то, чтобы зачитать список нарушенных правил по пожарной безопасности и самих нарушений, у прокурора ушло 12 минут. Среди претензий, например, — то, что не хватало эвакуационных выходов, не было специальных дверей, а те, что были, открывались вовнутрь. При строительстве дома использовали горючие материалы.

«В случае возникновения пожара <…> была высокая вероятность гибели людей, проживающих в данном пансионате», — отметила прокурор.

На то, чтобы перечислить нарушения по санитарной части, потребовалось 9 минут. Вот только несколько из них: в морозильнике хранилось протухшее молоко, раковина на кухне использовалась для мытья и посуды, и продуктов, и рук, и пола. Проверяющие так и не нашли средства для дезинфекции, как и шкафов для отдельного хранения чистого и грязного белья. Зато они обнаружили крошки и капли жира на кухне.

У сотрудников, работавших с пищей, не было медкнижек, да и специального меню с калоражем не было.

Помимо вопиющих нарушений, были и такие, которые ожидаешь увидеть в частном доме. Например, посуду мыли обычным «Фейри», тряпки и метелки хранились в туалете, а не в специальном помещении.

Специалисты из различных соцслужб, которых следователи попросили осмотреть дом во время обыска, говорили примерно об одном и том же. В доме неприятно пахло. Старики, казалось, не понимают, где находятся и кто их туда поселил.

«Обстановка была достаточно удручающая. Было ощущение, что старики просто брошены в доме. Их кормили самыми дешевыми продуктами, крупами. Было видно, что пациенты недоедают», — зачитала показания специалистов прокурор.

При этом до обыска проверяющие органы не знали о существовании нелегального пансионата. Ни одной жалобы на него не поступало.

Мифтахова слушала всё это, подперев подбородок рукой. В какой-то момент адвокат что-то шепнул ей и развел руками, будто бы показывая большой список. Хозяйка дома престарелых полностью признала вину в том, что не создала должных условий для проживания стариков (ст.238 ч.1 УК РФ).

Прокурор зачитала показания Александры Канашевой — внучки одной из постоялиц. Именно после обращения внучки правоохранители вышли на нелегальный дом престарелых.

Скончавшаяся Алевтина Канашева приходилась девушке бабушкой со стороны папы. Потерпевшая поддерживала теплые отношения с родственницей после смерти отца. Эта трагедия подкосила здоровье бабушки: она стала терять нить разговора, была доверчива, вела себя как ребенок.

После 2022 года встречи внучки с бабушкой больше не были постоянными, пожилая женщина реже отвечала на звонки. Внучка с мамой решили позвонить Ирине Белозеровой — племяннице Канашевой, поскольку она иногда помогала пенсионерке. Та сказала, что бабушке трудно разговаривать. Родственницы почуяли неладное и хотели встретиться с пенсионеркой, но Белозерова отказала им в этом.

В 2022 году внучка без предупреждения приехала поздравить Канашеву с днем рождения. Помимо бабушки, на пороге ее встретила Белозерова. Канашева выглядела как больной пожилой человек, была растрепана. Она даже забыла про свой день рождения. В разговоре промелькнуло, что пенсионерка принимает какие-то таблетки.

Это был последний раз, когда внучка видела бабушку живой. Канашева-младшая и другие родственники еще не раз пытались связаться с ней, но Белозерова говорила, что с той всё в порядке, просто она не хочет общаться с семьей.

Когда ситуация стала совсем уж странной, внучка зашла на сайт нотариальной палаты и узнала, что открыто наследственное дело. Это значило, что ее бабушка уже умерла. Хотя Белозерова всё это время уверяла, что с пожилой женщиной всё хорошо.

Более того, выяснилось, что последние месяцы Канашева провела в пансионате, который еще и оказался нелегальным. А всё ее имущество странным образом перешло Белозеровой.

Канашева всю жизнь проработала в торговле и была обеспеченной. Ей принадлежало несколько квартир, дом и коммерческое помещение на Московском рынке.

На Белозерову возбудили уголовное дело: племянницу обвиняют в мошенничестве. Следствие считает, что она переоформила на себя имущество тети по сфальсифицированной справке.

А вот как эту ситуацию видит сама Белозерова. Ее история начинается в 2023 году, когда она обеспокоилась состоянием тети — та не брала трубку. Белозерова приехала домой к пенсионерке и нашла ее на полу в ванной. Бабушка объяснила, что ей стало плохо. «Скорая» сделала укол, но не стала госпитализировать женщину.

Тогда Белозерова решила подыскать пожилой тете пансионат. Выбор пал на тот самый дом престарелых в Щербаково, поскольку племянница жила недалеко. Она заверила пенсионерку, что заберет ее, если той не понравится.

По словам Белозеровой, она до последнего помогала Канашевой — приносила таблетки, продукты, звонила сиделкам.

Иногда к старикам приезжала врач-гериатр, которая теперь выступает свидетелем в этом деле. По словам доктора, Мифтахова сама нашла ее в 2021–2022 году и предложила осмотреть пенсионерку за 2 тысячи рублей. При этом Чулпан почему-то представилась именем Лейсан.

При личной встрече хозяйка пансионата призналась, что у нее дом престарелых, и осмотреть нужно сразу несколько пожилых людей. На тот момент в пансионате проживало около 20 человек.

«В целом, они находились в удовлетворительном состоянии, но обстановка в моральном плане была достаточно тяжелая», — говорится в показаниях гериатра.

Во время приезда врача пациенты в основном молчали и будто бы не совсем всё понимали. При этом доктор не увидела на столе психотропных медикаментов. Зато было много других лекарств, например, для сердца.

Гериатр уехала оттуда с тяжелыми чувствами и решила больше не приходить в этот дом. Но спустя месяц-полтора хозяйка пансионата вновь позвонила ей и уговорила приехать. В дальнейшем врач получала 2,5-3 тысячи рублей за визит. Мифтахова платила наличными, либо переводом на карту, поскольку эта работа не была оформлена официально.

По словам свидетеля, состав постояльцев менялся, так как некоторые умирали от болезней.

По показаниям родственников одной из постоялиц, во время их первого приезда в пансионате было чисто, пахло хлоркой, за бабушками ухаживали сиделки. За содержание пенсионерки с деменцией Чулпан-Лейсан попросила 1 тысячу рублей в сутки.

Владелец дома тоже ничего подозрительного не замечал (напомним, Мифтахова арендовала здание). Он приезжал в пансионат раз в 3-6 месяцев, когда нужно было что-то починить. Собственник не интересовался состоянием бабушек и дедушек.

Интересные детали всплыли из рассказа сотрудницы пансионата. В ее обязанности входило готовить еду, менять памперсы, давать лекарства, делать уколы. Сиделка работала вахтовым методом, получала 1,8 тысячи, потом 2 тысячи рублей в сутки.

По словам работницы, стариков кормили 3-4 раза в день: утром — что-то молочное вроде каши, в обед — суп, затем — чай с печеньем, картошка. Постель меняли раз в неделю. Постояльцы гуляли только во дворе дома. Из развлечений — только телевизоры. Спектаклей, концертов не было. Зарядку и массажи тоже не делали.

По словам свидетеля, ни у кого из работниц не было медицинского образования. А как ставить уколы, ей показала сама Мифтахова. Но что более интересно — старикам давали нейролептики, которые используются при шизофрении и тяжелых психозах. В числе таковых — галоперидол, который считается устаревшим медикаментом из-за его серьезных побочек. По словам свидетеля, это делалось без назначения врача.

«В пансионате были различные лекарственные препараты. В числе медикаментов были галоперидол и кветиапин, которые являются психотропными. Их привозила Чулпан. Где она их брала, [свидетель] не знает. Когда бабушки становились немного агрессивными, требовательными, тогда они [сотрудники пансионата] звонили Чулпан, она говорила дать 5-6 капель галоперидола», — зачитала прокурор.

Сейчас Мифтахова находится под подпиской о невыезде. Ее освободили из-под ареста. Когда история о «доме смерти» только всплыла, Мифтахова уверяла, что работала ради бабушек и дедушек и опровергла информацию о том, что использовала наручники. Труп, который нашли в комнате, она объяснила тем, что взяла женщину уже в предсмертном состоянии. Мифтахова также рассказала о махинациях, которые проводили родственники одной из бабушек, но свою причастность не признала.

Изначально владелицу дома престарелых подозревали в мошенничестве, фальсификации доказательств и предоставлении услуг, не соответствующих требованиям безопасности. Однако в окончательное обвинение вошла только последняя статья об оказании некачественных услуг (ч.1 ст.238 УК РФ).