В среду в вахитовском районном суде Казани завершился необычный судебный процесс. Впервые в Татарстане избиратель подал в суд на избирательную комиссию за то, что ему не предоставили возможность проголосовать. Однако суд в удовлетворении иска отказал и компенсацию за потерянный голос Лия Дмитриева не получит.

Напомним: 76-летняя жительница Казани, инвалид II группы, Лия Дмитриева обратилась в суд после того, как не смогла проголосовать 2 декабря 2007 года. Женщина сделала заявку в участковую избирательную комиссию, чтобы урну принесли к ней домой. Однако представителей избиркома она в тот день так и не дождалась.

«Я человек с активной жизненной позицией. В тот день я звонила в участковую избирательную комиссию три раза. Но ко мне не пришли. Почему? Дверь была открыта!», – возмущается Лия Дмитриева. Она решила «проучить их рублем». Сумма компенсации за причиненный моральный ущерб 100 тысяч рублей. Эти деньги Лия Закировна планировала передать в Фонд ветеранов Вахитовского района.   

Зато 26 февраля у Дмитриевой была целая делегация: слушание по делу прошло в ее квартире. Основная часть процесса была посвящена выяснению того, приносили заветную урну к избирателю или нет. По утверждению представителей комиссии, они приходили к Дмитриевой три раза: сначала не могли попасть в подъезд, а затем она не открыла дверь.

При этом соседки Лии Закировны свидетельствовали о том, что попасть в их подъезд не составляет труда. Входная дверь на протяжении всего дня бывает открытой, а если нет – можно постучать в окно квартиры. Для подтверждения слов Лии Закировны, что в тот день она была дома и действительно сидела на телефоне, была представлена распечатка ее звонков.

26 февраля слушание было приостановлено на самом интересном месте: перед вскрытием запечатанного пакета документов, представленного избирательной комиссией. Представитель истца хотел выяснить, не проголосовал ли вместо Дмитриевой кто-то другой. Узнать, есть там подпись или нет, удалось только в среду. Лие Закировне стало плохо, и суд отложили до следующего дня.

Сегодня заседание продолжилось. Документы, оказавшиеся в пакете избиркома, свидетельствовали о том, что ни Дмитриева, ни кто-либо другой под ее фамилией не голосовали. Однако у представителя Лии Закировны в суде возникли сомнения в отношении подлинности этих бумаг.

Для выяснения того, на самом ли деле принято сначала составлять «черновики», мы обратились в Центризбирком Татарстана. Там сослались на федеральный закон о выборах депутатов Государственной думы Федерального собрания РФ (п.3 ст. 77):
«При регистрации устного обращения избирателя в реестре в соответствии с частью 2 настоящей статьи указываются время поступления данного обращения, фамилия, имя и отчество избирателя, заявившего о своем желании проголосовать вне помещения для голосования, адрес его места жительства, а также ставится подпись члена участковой избирательной комиссии, который принял обращение (телефонограмму, сообщение и тому подобное). Если обращение передано при содействии другого лица, в реестре также указываются фамилия, имя и отчество этого лица и адрес его места жительства».

«Складывается впечатление, что это фальшивка! Здесь записаны данные о звонках, сделанных и 2 декабря, и 22 ноября. Написано все одной рукой и одной ручкой. Седьмая и восьмая графы не заполнены вообще. Подписей и сведений о тех, кто принял заявку, нет. Ощущение, что этот документ был специально переписан», – заявил представитель истца Ирек Муртазин.  

В ответ на это представитель ответчика Рахиля Ганеева сказала, что, должно быть, члены участковой избирательной комиссии разрозненные данные о принятых звонках после выборов просто переписали.

Суд не стал вдаваться в подробности того, переписали документы или нет, так как суть процесса была в другом. Лия Закировна в удовлетворении иска получила отказ. А представитель ответчика покинула здание суда, даже не дождавшись оглашения решения. Однако на этом дело, судя по всему, не завершится: решение, по словам Ирека Муртазина , будет обжаловано в Верховном суде республики.

P.S. Лия Дмитриева позвонила в редакцию 116.ru и сообщила, что больше на выборы не пойдет, и на 2 марта заявку делать не собирается.