Если причиной всему является телефон, тогда, может, стоит его не давать? Скоре всего, в вашем городе повышенная криминогенная обстановка. Но в принципе сотовый оператор способен отследить место нахождение украденного телефона, даже если в нем заменили сим-карту.

Я выступал в передаче у Матвея Ганопольского, и он предложил мне улыбнуться. Я улыбнулся, а он сказал: «Разве это улыбка? Вот я улыбаюсь широко и от души». На что я ответил, что всю жизнь занимался деятельностью, которая не располагала к улыбкам и веселью. Представьте: место происшествия, труп, а следователи ходят и смеются. Люди, которые делают серьезную работу, не смеются без повода. Конечно, в дружеской обстановке могут. Я знал оперативников, которые на месте происшествия могли предложить новый анекдот, хотя обстановка вокруг явно к веселью не располагала. Для сотрудника правоохранительных органов юмор – не основная черта. Юмористов у нас и так предостаточно.

Представления о том, что творится в преступной среде сильно приукрашены. Многие авторитеты, признанные лидеры уголовной среды, тайно сотрудничали и сотрудничают с органами внутренних дел. Очень преувеличена их верность слову, товарищеской поддержке, взаимовыручка и так далее. Но долги в той среде отдают быстро и тщательно. Потому что в суд истец вряд ли пойдет, а изберет более быструю и радикальную меру. Если в той среде человек занял место лидера, то это не по блату, не за деньги, а благодаря его личностным качествам. А в органах борьбы с преступностью продвижение по служебной лестнице часто обусловлено не волей, силой характера и бесстрашием офицера, а протекцией родственников, друзей, умением угождать начальству, «удобностью» для вышестоящих и так далее. С другой стороны, в силовых подразделениях – СОБР, ОМОН – также определяющую роль в карьере играют личностные качества бойца. Командовать группой захвата «дворняжку» не поставить, нужен «волкодав». Кроме того, преступники борются за выживание, а не за продвижение по службе или медаль. Поэтому и работают они зачастую тщательнее и результативнее.

Изменилось, конечно. Мой ученик провел исследование о современной криминальной субкультуре. Вот лишь один пример. Теперь татуировкам на зоне уже не придается такого принципиального значения, как раньше. В прежние времена, если наколка не соответствовала статусу осужденного, то ему давали кусок стекла и 20 минут на исправление ситуации. Сегодня каждый колет то, что хочет. Отмирает жаргон, многие законы и традиции преступного мира. Это вызвано тем, что бандиты «новой волны» не знают традиционной субкультуры и ей не следуют, а насаждают свою. Воровские законы подменяются бандитскими понятиями. Хотя в некоторых северных зонах «спрашивают» по старым правилам.

Да, есть. Самая отличительная черта женщин-преступниц – они очень быстро деградируют. Мужчина может иметь две-три ходки, при этом у него остаются на воле семья, дети. В России привычны «сидельцы» в семье. Женщину муж бросает сразу же после первой судимости. Она теряет социально полезные связи. В ней возникает протестная реакция, и она «слетает с катушек»: нарушает режим, совершает новые преступления, наносит татуировки... Зэки коварны, зэчки – еще больше. Страшные притворщицы. Особенности поведения? Например, если мужчина убивает, он расчленяет тело и выносит из дома. А были случаи, когда женщины перемалывали тело жертвы на фарш.

5 лет, 10, 15 и пожизненный срок такие люди могут давать, а приговаривать к смерти – нет? Странная логика... В таком случае надо всю систему переделывать. Или получить 5 лет ни за что – это нормально? Речь идет о безупречно работающей правоохранительной системе и о применении существующего вида наказаний. Потому что смертная казнь никем не отменена. И в 2010 году с введением суда присяжных во всех субъектах Федерации вопрос о ее применении встанет в полный рост.

Я не знаю ни одного официального предложения убрать институт адвокатуры, а в сердцах такие вещи говорят. Потому что многие адвокаты видят целью своей работы не защитить подсудимого в рамках закона, а развалить дело. За такую защиту надо бы в тюрьму сажать. Одно дело, когда адвокат, исследуя доказательства обвинения, исключает незаконно добытые, находит ошибки в квалификации преступления и таким образом отстаивает законные права клиента. Это нормально. Но совершенное безобразие, когда адвокат учит подзащитного тут же отказаться от признательных показаний, подкупает свидетелей, запугивает потерпевших, дает взятки следователям и судьям. Это не адвокатура, это пособничество преступнику.

Захотят посадить – посадят. В принципе надо провести очную ставку, освидетельствовать подозреваемого, произвести экспертизу микроналожений одежды обоих, использовать детектор лжи, найти косвенные доказательства и допросить подозреваемого. Но делать это по данному делу вряд ли кто-то будет.

Положительно. Причем и те, и другие.

В основе моих романов, как правило, лежат реальные события.

Я надеюсь, что есть. Потому что я зарабатываю с реализации именно печатных экземпляров.

Я работал в отделе криминологических исследований. Это был экспериментальный отдел, единственный в России, который просуществовал пять лет. Мы изучали преступность и личность преступников. Я это делаю, в общем-то, всю жизнь. Что касается чисто экспертных исследований, то я ими практически не занимался. Один раз провел служебно-уставную экспертизу по факту применения оружия сотрудниками милиции в поезде. Этот случай описан в «Антикиллере-2» и вошел в одноименный фильм.

Никаких подвигов я не совершал, награды имею за многолетнюю положительную работу и достигнутые результаты: медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени, звание заслуженного юриста России. Есть наградное оружие – пистолет Макарова.

«Антикиллер-3» выйдет в феврале следующего года, и называться он будет «Антикиллер Данила Корецкого». Режиссера я не знаю, а продюсер – Юсуп Бахшиев, он продюсировал предыдущие два фильма. При съемках «Антикиллеров» Кончаловский со мной не советовался, он и сам знает, как снимать. Первая экранизация мне понравилась, вторая – нет. Куценко сыграл очень хорошо. Он, кстати, после «Антикиллера» стал очень популярен. Помню, как с ним случай забавный произошел в эту первую волну известности. Мы покупали билеты на поезд, и Гоша старался быть очень обаятельным с кассиром, потом спросил: «Вы меня разве не узнаете?» На что барышня ответила: «Конечно, узнаю... Вы играли в «Морозко»!

За игру «Антикиллер» я получил вознаграждение, а за «Антикиллер-2» еще нет. Так что если встретите ее, сообщите мне, пожалуйста.

Нет более эффективной борьбы с каким-либо одним видом преступлений. Преступность – системное явление, и бороться с ней надо в целом.

Спасибо за добрые слова! «Рок-н-ролл» я сдал, утвердил обложку и, надеюсь, что к Новому году книга выйдет. Писать я не только не перестал, но и выпустил за истекший год три книги. Четвертую заканчиваю. Она будет называться «Бехеровка на аппертив» и является продолжением книги «Похититель секретов».

Посоветую обратиться в любое издательство. Если книга перспективна в коммерческом смысле, то ее охотно издадут.

За жестокости в фильме я не отвечаю. А книги рассказывают о преступлениях, которые жестоки по своей сути.

Я их пытаюсь научить криминологии в соответствии с установленной программой. По мере сил демонстрирую свою личностную позицию, которой они могут следовать, а могут и нет. Я хочу, чтобы мои ученики стали честными профессионалами.

С Осиповым не знаком, e-mail не даю. Спасибо за предложение.